МУЗЕИ РОССИИКУЛЬТУРА РОССИИ


Девочка с персиками
Дата создания: 1887г.

Сайты по теме
коллекция оцифрованных изображений русской классической живописи
Русская живопись
иконы


В том же виде искусств
Портрет В. И. Майкова
Портрет гр. В.П.Шереметевой
Портрет калмычки Аннушки
Портрет А.А.Лазаревой
Портрет И.И.Воронцова

Созданные в то же время
Ангел с кадилом и со свечой. Эскиз
Князь Игорь

Того же типа
Кабинет дома в Островках
Свежий кавалер
Завтрак аристократа (Не в пору гость)
Аэндорская волшебница вызывает тень Самуила. Эскиз
Проповедь в селе

В том же жанре
Тайная вечеря
"Тройка"
Рубка леса
Деревенская улица (деревня)
Полдень. В окрестностях Москвы


Произведение
Церковь Зачатия Анны
Церковь Зачатия Анны "Что в углу"


Персоналия
Стасов Василий Петрович
Стасов Василий Петрович


Автор: Серов В.А.


    Однажды скромнейший Валентин Александрович Серов упрекнул в дружеской беседе И. Э. Грабаря за то, что последний в своем "Введении в историю русского искусства" дал слишком высокую оценку одной из ранних его работ — портрету Веруши Мамонтовой.
    — Я сам ценю и, пожалуй, даже люблю его, — сказал он Грабарю. — Вообще я считаю, что только два сносных в жизни и написал, — этот да еще "под деревом". . . Все,
чего я добивался, — это свежести, той особенной свежести, которую всегда чувствуешь в натуре и не видишь в картинах. Писал я больше месяца и измучил ее, бедную, до смерти, уж очень хотелось сохранить свежесть живописи при полной законченности, — вот как у старых мастеров. Думал о Репине, о Чистякове, о стариках — поездка в Италию очень тогда сказалась, — но больше всего думал об этой свежести. Раньше о ней не приходилось так упорно думать . . .
    "Девочка с персиками" была создана не достигшим еще двадцати двух лет Серовым в 1887 году, а 25 лет спустя, в 1913 году, через два года после смерти художника, Игорь Грабарь писал в своей монографии о Серове:
    "Бывают создания человеческого духа, перерастающие во много раз намерения их творцов. Случалось, что скромный школьный учитель, долгие годы сидевший, согнувши спину, в своей каморке над какой-то никому из окружающих не нужной рукописью, через полвека после своей смерти оказывался создателем нового миропонимания, отцом новой философии, властителем дум и настроений века. Он сам не сознавал всей значительности и ценности своего труда. Так совершались самые необычайные открытия, так создано немало великих произведений поэзии, музыки, скульптуры, архитектуры и живописи. К таким же созданиям надо отнести и этот удивительный серовский портрет. Из этюда "Девочки в розовом", или "Девочки за столом", он вырос в одно из самых замечательных произведений русской живописи, в полную глубокого значения картину, отметившую целую полосу русской культуры.
    Прошло уже четверть века с тех пор, как написан портрет, настали другие времена, и того, что было, не вернуть. Нет больше на свете и этой девушки-подростка, с таким чудесным, невыразимо русским лицом, что если бы и не было внизу серовской подписи, все же ни минуты нельзя было бы сомневаться в том, что дело происходит в России, в старом помещичьем доме. Можно наверное сказать, что эта старая мебель не покупалась у антиквара, да вряд ли ее и ценили тогда: может быть, и подумывали временами о замене "неуклюжей и неудобной старой рухляди" свежей и "изящной гарнитурой", да все как-то некогда было возиться — пусть себе стоит. За деревенским окном не видишь, но чувствуешь аллеи парка, песчаные дорожки и все то неизъяснимое очарование, которым насквозь проникнута каждая безделица старой русской усадьбы.
    Во всей русской литературе я не знаю ничего, что на меня действовало бы так сильно, как несколько строк из отповеди Татьяны Онегину:
    .. .Сейчас отдать я рада
    Всю эту ветошь маскарада,
    Весь этот блеск, и шум, и чад
    За полку книг, за дикий сад,
    За наше бедное жилище,
    За те места, где в первый раз,
    Онегин, видела я вас.
    Да за смиренное кладбище,
    Где нынче крест и тень ветвей
    Над бедной нянею моей.
    В русской живописи я знаю только одну вещь, напоминающую мне несравненные стихи Пушкина, — серовский портрет В. С. Мамонтовой. Здесь не видно "полки книг", но я уверен, что она есть, непременно есть, — либо тут же, либо в соседней комнате, — как наверное знаю, что где-то в конце сада есть "крест" и тихо шевелится "тень ветвей" над чьей-то дорогой могилой".
    Подмосковная усадьба Абрамцево, принадлежавшая С. Т. Аксакову, перешла в 1870 году во владение Саввы Ивановича Мамонтова, крупного промышленника, любителя искусств и художественного деятеля, сумевшего привлечь в абрамцевский художественный кружок многих замечательных русских живописцев. В семью Мамонтовых Серов вошел еще ребенком, был в ней как родной, дружил с детьми Саввы Ивановича. Сын Мамонтова, Всеволод Саввич, вспоминает:
    "На почве этой дружбы и явилась на свет знаменитая серовская "Девочка с персиками", один из перлов русской портретной живописи. Только благодаря своей дружбе, удалось Серову уговорить мою сестру Веру позировать ему. Двенадцатилетнюю жизнерадостную бойкую девочку в летний погожий день так и тянет на волю, побегать, пошалить. А тут сиди в комнате за столом, да еще поменьше шевелись. Эта работа Серова потребовала много сеансов, пришлось сестре долго позировать для нее. Да Антон (дружеское прозвище Серова. — В. Л.) и сам признавал медленность своей работы, очень этим мучился и впоследствии говорил сестре, что он ее неоплатный должник".
    Серов работал над портретом "запоем", увлеченный сознанием, что деле у него спорится, "идет как по маслу".
    "Девочка с персиками" — одно из первых крупных произведений В. А. Серова. Эта картина, созданная на заре творческой жизни художника, выявила огромный масштаб его дарования и сразу определила его место и значение в истории русского живописного искусства.
    Итак, на картине изображена общая любимица гостивших в Абрамцеве художников — Вера Саввишна Мамонтова. Веруша, одна из одареннейших русских женщин, жизнь которой была рано прервана неожиданной смертью.
    Не только во внешности Веруши, но и в чертах ее стремительного характера было очень много отцовского — горячности, страстности, увлечения новизной. В захватывающее кипение абрамцевской художественной жизни, в царившую здесь дружную и радостную творческую атмосферу, которой столь многим обязано русское искусство, в эту жизнь с "папиным огоньком" Веруша вносила свою отчетливую нотку, повышавшую общую высокую художественную настроенность замечательного содружества, жившего и работавшего в старом аксаковском доме на высоком берегу речки Вори.
    "Это был тип настоящей русской девушки по характеру, красоте лица, обаянию", — говорил, вспоминая Верушу, Виктор Михайлович Васнецов, преданнейший участник абрамцевского содружества художников.
    .. .Живая, загорелая, с большими темными лучистыми глазами, с шапкой непокорных густых волос, она пристально смотрит на зрителя, вся залитая светом, врывающимся через окна и играющим разноцветными отблесками на стене, на майоликовом блюде, повешенном в простенке, на спинках стульев, на столике у окна, на подсвечнике, на серебре ножа и лежащих на столе бархатистых плодах.
    Радостный, необыкновенно бодрящий солнечный свет, падая из окон, насыщает все пространство большой светлой комнаты, скользит по лицу Веруши, порождая изысканную игру сиреневых и голубых тонов на розовой блузке, переливаясь перламутром рефлексов, скользя разноцветными бликами, играя цветными пятнами на скатерти.
    Смуглое, с проступающим сквозь загар румянцем, лицо Веруши оттеняется в картине общим голубоватым, холодного тона, колоритом, который смягчается теплыми тонами фруктов и листьев и звучным тоном красного банта на груди.
    Во всем портрете чувствуется продуманная композиционная завершенность, которая отличает все последующие портретные работы Серова. Фигура вписана в окружающую обстановку, как в естественную жизненную среду, что и превращает портрет в картину, а мастерски написанное, насыщенное светом и воздухом пространство — не только столовой, но и соседней гостиной и парка за окном — делает эту картину особенно привлекательной, волнующей, живой.
    Портрет Веруши Мамонтовой, поразивший всю тогдашнюю Москву, является одним из прекрасных созданий русского портретного мастерства не только по силе исполнения, но и по типажу изображенного лица, носящего в себе черты национальной русской красоты.
    Академик М. В. Алпатов писал об этом портрете:
    "Кто не знает в Третьяковской галерее "Девочки с персиками", этой милой смуглой девочки-шалуньи? Она лишь на минуту уселась за столом, искоса поглядывая на нас своими карими глазами, в которых притаился огонек. У нее чуть раздуваются ноздри, точно она не может отдышаться от быстрого бега. Ее губы серьезно сжаты, но в них столько детского беззаботного и счастливого лукавства! . . Такой ее знают все, такой она стала всеобщей лубимицей. Родных сестер "Девочки с персиками" можно найти в русской литературе у Пушкина, у Тургенева, у Чехова, особенно у Толстого".
    Свежесть молодости, веющая на нас от лица Веруши Мамонтовой, передана Серовым с поражающей, непостижимой тонкостью и благородством. Ведя начало от этого изумительного дебюта, можно уверенно говорить о серовском вкладе в мировое изобразительное искусство.
   
    ...И сейчас яркий солнечный свет заливает знакомую столовую в музееусадьбе "Абрамцево". Нет здесь только обеденного стола, за которым некогда сидела, позируя своему любимому старшему другу, милая Веруша. Все остальное сохранено таким, каким оно было при Серове и у Серова: под окном то же кресло красного дерева со спинкой в виде лиры, в углу на подставке стоит фигура гренадера — игрушка работы Сергиевских кустарей, раскрашенная Серовым, над ней — майоликовая тарелка. В окно светит солнце...

Замечательные полотна. Л., 1966. С.362



Серов Валентин Александрович




 



  (c) портал "Культура России"